Мастер Исхода - Страница 1


К оглавлению

1

Очень короткое вступление от автора

Некоторые мои читатели были весьма огорчены финалом романа «Утро Судного Дня». Мол, ничего не понятно. Точки над «и» не расставлены. Научные корни волшебства не объявлены, и источник безобразий не представлен читателю, препарированный, разложенный по полочкам и сопровождаемый подробной инструкцией: что, зачем и откуда.

Претензия справедливая. Тем более что сам я всегда требую от своих авторов аналогичного. И не устаю повторять: все, что очевидно автору, далеко не всегда очевидно читателю. Тем более что он, то есть вы, уважаемый читатель, и не обязаны разгадывать ребусы, поскольку приобрели мою книгу не для развития ума, а исключительно развлечения ради.

В оправдание свое могу сказать только одно. Я – писатель эпохи докомпьютерных игр и не привык представлять волшебство как функцию от эффективности использования маны. И прагматичный подход виртуального игрового мира мне не то чтобы чужд (было время, и сам я славно поиграл в «игрушки»), но математическая предопределенность везде и во всём… Не верю!

В жизни так не бывает. А поскольку я, как уже сказано выше, отношусь к писателям «старой» школы фантастики, то жизненная достоверность для меня очень важна. Потому в фантастике для меня важнее всего Чудо. То, что не объясняется, а случается. Сродни тем маленьким чудесам, которые происходят в настоящей жизни с каждым из нас и время от времени дают каждому почувствовать, что строго детерминированный условный мир социума (прошу простить за наукообразие) – это только видимая поверхность океана жизни. И в жизни, и в литературе есть вещи и понятия, о которых писать нельзя, потому что слова убьют суть. Я могу только намекнуть… Как и сделал это в книге «Утро Судного дня». Показав Пса вместо Хозяина и представив читателю самому домысливать, каким может быть Хозяин у такого Пса.

Это, на мой взгляд, и есть то недосказанное, что может помочь поднять нечто, возможно и не имеющее отношения к конкретной книге, однако крайне важное для развития собственно понимания.

Но это, так сказать, сверхзадача. И если большинство моих читателей хотят получать ответы на вопросы, они в своем праве. И я, уважая это право, готов вывести из тени многое из того, что осталось в сумерках «Утра Судного Дня». Здесь, в этой книге.

Хотя должен предупредить, что книга, которую вы держите в руках, прямого отношения к дилогии «Хранителей равновесия» не имеет. Это совершенно независимый научно-фантастический приключенческий роман с еще не известным вам, читатель, но довольно симпатичным и весьма крутым героем, Мастером Исхода Владимиром Воронцовым по прозвищу Гризли.

Глава первая
Маугли

Сначала было солнце. Било прямо в глаза. Потом солнце пропало, потому что на мое лицо легла тень кошачьей морды. На морде имелась пасть, в которую без особого труда можно было бы запихнуть голову. Хотя нет, голову – вряд ли. Клыки помешали бы. Да и не хотелось ее туда запихивать – пахло из пасти мерзко.

Я зажмурился. Пасть исчезла, вонь – нет.

«Значит, это не бред», – подумал я.

Нечто, напоминающее мокрую терку для овощей, проехалось по физиономии. Я осторожно приоткрыл один глаз – и увидел красный язык, похожий на кусок поношенного красного войлока. Язык шлепнул меня по щеке: точно, та самая мокрая терка.

Тут я вспомнил, что у меня есть руки, и отважно отпихнул клыкастую морду.

Морда исчезла, и целую секунду я лежал спокойно, только щурился от слишком яркого света.

Секунда кончилась, и меня снова лизнули. Лизнули в…

В общем, с другого конца туловища.

Это меня настолько взбодрило, что я моментально сел.

Здоровенная длинная гладкая кошка лениво потянулась и фыркнула. Глаза у кошки были узкие, желтые и очень умные.

«Естественно, – подумал я. – Модифицированная пантера. Продукт генной инженерии и селекции. Разумность – 0,7 по стандартной шкале. На одну десятую выше, чем у среднего потомственного безработного с Земли-Исходной».

Хрустально-прозрачное стекло моего сознания начало заполняться разноцветной мозаикой. Память восстанавливалась, и это было приятно.

Я упругим движением поднялся. Тело слушалось вполне удовлетворительно. Отличное тело. Мне снова восемнадцать. Или около того. Впрочем, до Исхода мое тело было не хуже. Лучше. Но это – дело поправимое. Пара дней – и организм будет в тонусе. Вот с Даром – сложнее. Но не будем о грустном. Итак, куда мы вышли?

Я огляделся.

Приятное местечко. Вокруг – лес. Нормальный лес: листва зеленая, цветы разноцветные, птички поют. Небо синее, облака пушистые, воздух теплый. Даже очень теплый. Градусов тридцать пять—сорок. Откуда-то издалека доносился мерный гул. Прибой, что ли? Ладно, потом разберемся.

– Как дела, Лакомка? – спросил я. – Как прошел Исход? – И громко, с удовольствием засмеялся.

Приятно чувствовать себя живым. Особенно приятно, если понимаешь, что могло быть и иначе.

В ответ на мой смех справа раздался жалобный клекот. Я повернул голову и поглядел на ворох сизых перьев, бесформенной кучей громоздящийся на траве.

Пантера тоже покосилась на неопрятную кучу, потянулась лениво – под пепельно-серой, с черными разводами атласной шкурой перекатились тугие бугры мышц – и потрогала кучу передней лапой.

Куча вновь издала жалобный клекот, зашевелилась и превратилась во взъерошенную лысоголовую птицу. Птица растопырила крылья, зашипела, щелкнула изогнутым клювом и заковыляла в сторону. Пантера еще раз фыркнула, оглянулась на меня, мяукнула басом и исчезла между деревьев.

1